13:12 

Глава 4

Бедняга Кехт тут же устыдился своего преступного пренебрежения обязанностями рыцарского оруженосца и даже порозовел от смущения. Возможно, в обилии краски на веснушчатых щеках парня преимущественно были виноваты мороз и все еще не улегший-ся ветер, но это не важно. Он преисполнился яростной решимостью докопаться до своего отчаянно мерзнущего работодателя и принялся за дело с большим, надо сказать, энтузи-азмом. Остальные тоже устыдились своего бездействия к тому же Линка уже спасли и подлое убийство будущего охранника караванов с помощью фамильных реликвий было милостиво переквалифицирован Лиссой в просто несчастный случай. Один только Ери-нэль позволил себе некоторую долю скепсиса.
- А мы так и будем все время копать? – Поинтересовался он сразу у всех, никого особо не выделяя.
- А у сиятельного лорда есть другие предложения? – Великосветским тоном поин-тересовался лорд Эллэн, умудрившись даже не сбиться с дыханья.
Ничего себе у них, в клане Вечного рассвета, тренируют придворных. Роет как землеройка да еще и светскую беседу поддерживает.
- Разумеется. – Ничуть не смутился мой брат. – У нас имеются два тигра, которые вполне сносно передвигаются по снегу. Мы же, не имея ни лыж, ни снегоступов, неизмен-но будем погружаться в снег по пояс, выбьемся из сил и замерзнем раньше, чем закончит-ся эта непогода.
- Это мы и так знаем, умник. – Фыркнул Линк, который будто реабилитировался за свой снежный плен, копал лучше всех.
Впрочем, может, он так согревался.
- Просто замечательные познания для селянина. – Не удержался от скепсиса Ери-нэль. – Вижу ты не чужд некоторой доли самосовершенствования. И все же воспитан ты дурно ибо с детства следует зарубить себе на носу, что сначала старших следует выслу-шать, а уж потом, со своими замечаниями в разговор влезать.
Линк обиженно засопел. Лисса, которая еще пол дня назад так висла на Еринэле, что он не чаял как избавиться от ее внимания, теперь пыталась испепелить бывший пред-мет своей страсти взглядом зеленых глаз. Пока не получалось. Даже иней на его ресницах не начал таять. Пришлось спасать ситуацию. Не хватало еще чтобы раздраженный участ-ники похода принялись собачиться из-за пустяков тогда, когда нам просто необходимо совместно бороться со стихией.
- Еринэль, ты мог бы сделать одолжение? - Взмолилась я.
- Для тебя все что угодно, сестренка, - галантно откликнулся тот.
- Тогда, будь любезен, прекрати растекаться мыслью по древу. Говори суть. Помни краткость сестра таланта. - Как можно более вежливо попросила я.
Все таки эльфы народ странный никогда не знаешь на что обидятся.
- Хорошо сказано, сестренка! - Похвалил он. - Люблю, когда меня просят вежливо. Итак, я предлагаю воспользоваться единственным преимуществом, что у нес есть. Тиграми.
Идея была хороша, если бы не одно но. Тигров двое, а нас куча народа, не считая осла и лошадь рыцаря. Однако озвучить собственные сомнения я не успела. За меня это сделал светлый эльф.
- Как вы себе это представляете? – Недоверчиво вопросил он. – Ведь нас, не считая копытных животных, одиннадцать, а с ослом и лошадью целая чертова дюжина набирается. Не поймите меня превратно, лорд Еринэль, я вовсе не собираюсь критиковать таких прекрасных животных, как боевые тигры, но мы даже в седлах не разместимся. Разве, что за хвост держатся станем. Не говоря уж о том, что под нашим весом коты по самые уши в сугроб провалятся и тем самым лишатся своего преимущества.
Еринэль окинул посмевшего сомневаться в его плане лорда Эллэна взглядом бывалого стратега, которому вздумал возражать его адъютант.
- На воображение не жалуюсь. – Фыркнул он. – К тому же я вовсе не предлагаю всем скопом взбираться в седло. Верхом поедем только мы с леди Вероникой.
- А остальные поползут следом? – Еще более ехидно поинтересовался светлый.
- Разумеется нет. Хотя, если вам, светлый лорд, так хочется потренироваться в подобном способе передвижения, не смею возражать. – В тон сообщил среброволосый и демонстративно потрепал тигра по холке, чтобы сразу остудить головы желающим перевести дискуссию от простого сотрясания морозного воздуха к банальному рукоприкладству. – Предлагаю прикрепить к тиграм плащи и получится замечательная волокуша. Конечно, придется немного потесниться, но это, на мой взгляд, самый оптимальный вариант. А вот осла с клячей придется бросить. - Закончил Еринэль.
Прежде чем я успела запротестовать, голос подал сэр Толеснал.
- Ну уж нет! - Гордо подбоченился он, принимая явно давно заученную позу, что хоть сейчас великого победителя драконов отливай и при этом умудрялся перекрикивать заунывное завывание ветра без рупора.
Вот это луженая глотка у третьего сына графа Норыльского, впору парадом командовать из самого дальнего уголка любой площади слышно будет. Пусть ветер слегка потерял силу, но не прекратился и к тому же дул в его сторону. Значит, рыцарь слышал нас вполне отчётливо, а до нас ему нужно было ещё докричаться.
- Это уже ни в какие ворота не лезет! Хорошо же я буду смотреться без доспехов и боевого коня. Пеший оруженосец ещё куда ни шло. Но рыцарь? Просто курам на смех.
- Где вы, ваше сэрство, изволили здесь кур увидеть? - Тут же вклинился в обсуждение Кехт, не совсем далекий от птицеводства.
- Причём здесь куры? - Тоном "как челобитную царю подаешь?" вопросил сэр Толеснал. - Я изволил выражаться образно. Боюсь тебе не понять моей метафоры. Высокий слог одно из многих отличий рыцаря от простолюдина.
- И тем не менее, животных следует оставить здесь. Им все равно не выдержать пути по глубокому снегу. Они падут не сейчас так после. Пусть хотя бы не мучаются. - Слова Ертнэля траурным звоном прозвучали в горной долине.
Я вздрогнула, осел забился в своем снежном плену, печально заревел, явно предчувствуя недоброе, и от этого звука словно сотня кошек разом принялась скрести на душе. Я оглядела окружающих потрясенным взглядом. Конечно, все мы отчётливо понимали суровую правоту моего брата. Измученным бестолковым лазаньем по Урдальским горам и скудностью корма животным не выжить в глубоком снегу, им просто не хватит сил, чтобы пробить себе дорогу. К тому же у нас слишком мало зерна, а тощий конь и без того едва передвигает копыта. Чудо, что он вообще это делает.
- Мы никого бросать не будем. - Упрямо выдала я, вызвав дружный вздох облегчения со стороны Лиссы, Кехта и рыцаря.
Остальные же напротив, уставились на меня как на умалишенную, предложившую всем взяться за руки и совершить дивную прогулку по узкому карнизу вдоль крыши замка, приветливо помахивая ручкой зевакам внизу. Я упрямо выставила подбородок, мол, мы с Тиграшем с места не сойдем, пока всех животных эвакуируем. Тигр как всегда поддержал хозяйку одобрительным рыком, но копать не бросил. Видимо, кот решил, что до рыцаря с ослом и «боевым конем» стоит добраться вне зависимости от того, к какому мнению мы придем по поводу верхового транспорта.
- Дорогая, сестра, - терпеливо вздохнул среброволосый эльф. – Тебе не кажется, что ты ставишь под угрозу экспедицию, которую сама же и организовала?
- Когда кажется, креститься надо. – Капризно изрекла я.
И терпение Еринэля кончилось, он схватил меня за плечи и принялся трясти как бутылочку фруктового йогурта перед употреблением. Мой кот покосился на разбушевавшегося «брата», но вмешиваться в семейную сцену не стал, видимо посчитал, что небольшое потрясение пойдет мне только на пользу.
- Ты действительно решила спасти всех, кто волею случая оказался в этих чертовых горах? - Процедил сквозь стиснутые зубы он.
Надо признать что - что, а взбесить я умею. У меня к этому талант. Еринэль ещё долго продержался.
- Нет. Только тех, кого я сама сюда завела. - Пролепетала я, совершенно не собираясь отступать от своей точки зрения. - Впрочем, если кто-то со мной не согласен, может продолжать путь дальше в любом направлении. Силком держать не стану. Как говориться, насильно мил не будешь.
Конечно, я не могла вот так просто помахать ручкой бедному коняге и ослику, которые в сущности мне не принадлежали, но угодили сюда следуя за мной в моём походе. Одно дело, когда достигнув дороги, где лошадь не сможет пройти, ты благодарно хлопаешь её по упитанному крупу и отпускаешь животное, прекрасно зная, что умная скотина в состоянии самостоятельно вернуться в теплую конюшню, где ее уже ждёт полная мера овса и ясли с ароматным сеном. Другое - малодушно бросить на произвол судьбы, отдавая себе отчёт в том, что у несчастных нет ни единого шанса на выживание.
- Я тебя не брошу. - Тут же перевернулась не мою сторону Лисса.
Не знаю двигали ли ей чувство солидарности или же она просто очень любила животных, но я была ей искренне благодарна. Оставаться в горах в гордом одиночестве совершенно не хотелось даже, если сама это предложила. Что поделать, если последовательность в поступках тоже не является сильной чертой моего характера.
- И я с вами - Смело шагнул на нашу сторону Линк.
Ну, с этим как раз все ясно. Он за зеленоглазой колдуньей готов в огонь и в воду отправиться, не ожидая в свою честь ни фанфар, ни баллад. Есть чему сэру Толесналу поучиться.
- Я т-тоже ос-с-т-таюсь с п-п-прекрасной леди В-вер-роникой, ч-чья к-крас-сота м-может с-сравниться т-т-только с её в-в-в-ел-ликодушием. - Высокопарно простучал зубами изрядно посиневший рыцарь.
Замёрз конечно. В горах снег, ветер, а он одет явно не по погоде. Плотный поддоспешник хоть и берег своего владельца от ссадин и потертостей, грел все-таки плоховато. Как только восполение лёгких не подхватил - загадка природы. Толи и раньше моржевать приходилось, толи просто здоровья третьему сыну графа Норыльского не занимать - не понятно. Впрочем, это и не важно. Легко предлагать девушке остаться, разыгрывая рыцарское благородсиво, если все равно уйти не можешь. Мы же до него докопать не успели, так что он плотно завяз в местных снегах и сам явно не выберется.
Арагорн молча встал на мою сторону и перетащил собственного ученика, не оставив бедолаге выбора. Впрочем, и сам эльф клана Зрящих в ночи особого выбора не имел. Некоторое время назад их головы торчали из песка колдовской пустоши, и строго говоря, если бы не я, там бы и оставались по сей день, радуя местных падальщиков. Так, что они мне вроде как жизнью обязаны. А этот долг – штука серьезная тем более для эльфов. Кехт звучно шмыгнул веснушчатым носом и тоже отдал свой голос в мою пользу. Как ни крути, а он является оруженосцем рыцаря и без своего сэра все равно дальше не отправится. Тем более осел – животное в любом хозяйстве нужное. Так что даже, если парнишке наплевать на обязательства перед собственным господином, то осла просто так ни один селянин не бросит. Астураэль, чья сестра послужила причиной нашей экспедиции, грациозно пожал плечами, смахнул блондинстую прядь, выбившуюся из-за ветра, с высокого породистого лба и присоединился к большинству. Толи за время всего путешествия эльф клана Вечного рассвета просто привык к моему обществу, толи просто не желал покидать Урдальские горы раньше всех так как его все еще разыскивали за убийство собственной любовницы и изображение наследного принца украшало множество городов. Лорд Тиррэль и лорд Эллэн явили редкое единодушие, выбрав спасение осла с лошадью.
- Где я еще так развлекусь? – Ни к кому собственно не обращаясь усмехнулся темный.
- Кому как не светлым эльфам понимать всю бесценность любой жизни. – Высокопарно изрек светлый и поднял небесно голубые глаза к белому от метели небу.
Несколько холодных снежинок тут же воспользовались его оплошностью и угодили прямо в нос, отчего светлый лорд расчихался, а эффект его слов оказался смазан.
Я возгордилась собственной значимостью и бросила на среброволосого торжествующий взгляд. Мол, и без тебя разберемся как поступить следует. Не из таких передряг выпутывались, мнения Еринэля не учитывая. Сам «брат» понял мой взгляд как-то по своему, осторожно поставил потрясенную меня на ноги, заботливо стряхнул запорошивший мою куртку снег и спокойно сообщил:
- Не дождешься. Не для того я за тобой по всей стране мотался, чтобы так запросто бросить в снегах. Ты же без меня таких дел наделаешь…
- А с тобой? – Фыркнула я, сильно сомневаясь, что от очередной глупости меня сможет удержать новоявленный брат.
- А со мной, мы наделаем их вместе. – Многообещающе ухмыльнулся тот, вызвав мученический стон обоих эльфийских клинков.
Впрочем, их страдания никем замечены не были так как Кумивара и Джастудая могла слышать исключительно я, хотя в большинстве своем сильно жалела об этом. Похоже каждый дар имеет свои отрицательные стороны.
- Ну, вот. – Удовлетворенно кивнула я. – А зачем тогда было спорить?
Ериндэль глубоко вздохнул, понимая, что спорить точно было не зачем. Хорошо хоть пока мы дружно припирались по поводу способа дальнейшего продвижения к логову старой драконницы, тигры успели практически докопаться до рыцаря, сделав за нас большую часть работы. Я в очередной раз пожалела о том, что тигра забрать в свой мир не реально: и кормить дорого, и держать негде. Но какой домашний любимец! Это что-то.
Мы еще немного поднажали, и вскоре сэр Толеснал благодарно сжимал трясущимися от холода руками плечи своего оруженосца. Полагаю, он так грелся. Кехт торжественно, словно неожиданно обретенный святой Грааль, вручил рыцарю сапог, славно послуживший ему в качестве импровизированной лопаты. Слезы умиления выступили в карих глазах третьего сына графа Норыльского. Впрочем, возможно, ему было просто больно натягивать сапог на изрядно подмороженную конечность. Осел воссоединился с конем и нежно лизнул его запорошенную морду.
- Замерзших чаем нужно отпаивать. – Припомнила я когда-то изученные в школе основы оказания первой медицинской помощи.
- Нужно. – Согласилась Лисса, как раз извлекавшая из своего сумки, любезно предоставленной троллями, одеяло. – Только как его вскипятишь в такой-то ветер? Да и снег не даст дровам разгореться. И дров у нас мало осталось.
Сэр Толеснал тяжело вздохнул, наверное, в глубине души на чай надежда была.
- Тогда давайте закутаем его потеплее. – Предложил Кехт.
Колдунья, которая и без паренька знала толк как в замораживании так и размораживании людей, а так же иных рас, широким жестом опустила на плечи рыцаря свое одеяло. Мы присоединились к ней, напяливая на страдальца все, что могло на него налезть. В итоге получили вполне живописно ряженого рыцаря, отдаленно напоминавшего солдата армии Бонапарта в момент отступления. Глядя на плотно обмотанную в абсолютно разные вещи (от свитера до одеяла и даже варежку кто-то не нос ему прицепил не пожалел) трясущуюся фигуру, нельзя было удержаться от смеха, а приходилось. Губы обветрило так, что от любого неловкого движения могли растрескаться, лопнуть, закровить.
Внезапно мимо моего уха просвестела стрела, срезала несколько рыжих волос и хищно впилась в глубокий снег даже оперенья снаружи не осталось. Лишь образовалась отметка на снежной глади, да и ту быстро заровнял ветер, словно стыдясь происшедшего. Все замерли. Я запоздало вздрогнула и зло по интересовалась у окружающих:
- Ну? И какой умник в меня стрелял?
Друзья с нервным потрясением на лицах уставились на меня. Толи удивились вопросу, толи тому, что стрелявший промазал. Все дружно принялись отнекиваться, мол, и лука никто с собой не прихватил, да и стрелять в меня не имело никакого смысла. Я недоверчиво хмыкнула.
- А кто? Кроме нас здесь никого нет. Если только гианы не выследили нас и не решили отомстить за ночное фиаско.
- Гианы? - Удивленно переспросила Лисса, которую так и оставили в неведении о ночном визите девиц, возжелавших продолжить свой род, осушив вены мужчин.
- Исключено. - Отмел моё смелое предположение Еринэль. - Гианы не держат иного оружия, кроме своей красоты, прекрасного голоса и клыков. В твою сторону они могли метнуть разве что лютню.
- Тоесть мы с Вероникой не красивые? - Сделала неожиданный вывод колдунья и даже подбоченилась. - Гиан вам сладкоголосых подавай, да чтобы непременно с лютнями. Острых ощущений не хватает?
Окружающие тут же поняли: будут упорствовать в своих заблуждениях, нехватку острых ощущений Лисса восполнит им с лихвой и наперебой принялись уверять девушку в ее неотразимости. Колдунья зарделась от обилия комплиментов, но тут в снег угодила вторая стрела, заставив всех вздрогнуть. Одну стрелу еще можно было принять за случайность, но вторая?
- Совсем сдурели? – Тихо, но с большим чувством поинтересовалась я.
Рыцарь начал выбивать зубовную дробь, но ее значения никто не понял.
- Стрела есть, а луков нет. – Философски изрек лорд Тиррэль. – Чтобы это могло значить?
- То, что у нас у всех мозги отморозило. – Сообщил Арагорн и покосился куда-то за наши спины. – Обернитесь.
Мы обернулись и… обнаружили, что в нашу сторону медленно, но упорно пробирается отряд лыжников. Их обдуваемые ветром, плотно закутанные в меховые куртки фигуры смотрелись комично, но памятуя о двух стрелах, выпущенных в нашу сторону, смеяться почему то не хотелось.
- Повезло. Ветер дует в их сторону. – Заметил Еринэль.
- Почему повезло? – Осторожно осведомился лорд Эллэн.
- Лучнику стрелять сложно. – Охотно пояснил мой «брат» и по моей спине пробежал озноб вовсе не от мороза.
- Интересно, чем это мы успели им насолить? – Ненавязчиво поинтересовался лорд Тиррэль и вроде не обращался ни к кому конкретному, а смотрел отчего-то именно на меня.
Согласна, я горазда потоптаться на чужих мозолях и далеко не у всех вызываю чувство симпатии, но в горах я успела насолить только троллям и гианам. Тролли вряд ли станут нас преследовать так как сами с большим трудом нас спровадили. Гианы же по мнению Еринэля не способны на стрельбу из лука. Хотя с моей точки зрения, жизнь заставит, не только метанию стрел обучишься, но и из пушки стрелять приноровишься. Бежать нам было не куда, да и не реально. Когда вокруг сугробы по пояс – особо не побегаешь, а у нежданных гостей лыжи. Приходилось тупо ждать пока группа неизвестных подойдет ближе и пояснит свои явно не благие намеренья.
«Ага. Правильно. Подпустите их поближе, чтоб уж наверняка не промазали». – Ехидно посоветовал Кумивар. – «С близкого расстояния в такую непогоду стрелять точно сподручнее будет».
«Обалдеть!» - Внутренне содрогнулась от неумолимой логики меча я. – «И что ты предлагаешь? В ответ закидать их снежками?»
Действительно. У меня был замечательный арбалет, но он благополучно утерян во время странствий. Судорожно шарить по седельным сумкам было бесполезно. Так можно стрелу в спину схлопотать.
«А так ты ее сразу в сердце заполучишь», - не унимался Кумивар.
«Не слушай, его воительница», - в очередной раз встал на мою сторону Джастудай. – «Умирать нужно с достоинством».
«А можно не умирать?» - Осторожно поинтересовалась я у возгордившихся моей приближающейся героической гибелью клинков.
«Можно», - неожиданно утешил Кумивар. – «Перестань стоять столбиком, изображая замечательную мишень для лучников, ляг в снег, подпусти их поближе. И тогда мы еще повоюем!»
Оптимистичный настрой клинка мне понравился, но тут меня резко дернул вниз Еринэль, видимо, мысль укрыться в снегу от стрел лучника пришла в голову и ему. Рядом мягко опустились тигры, затем остальные последовали их примеру. Даже осел и конь улеглись, поджав ноги и согревая своими телами все еще звучно лязгавшего зубами от холода рыцаря.
«Какие полезные животные», - внутренне умилилась я. – «А их хотели оставить».
«Вместо того чтобы любоваться посторонней скотиной, лучше бы о предстоящем бое подумала». – Тут же раскритиковал мое поведение Кумивар.
- Странно. – Вздохнул рядом «брат» и его дыханье защекотало мою шею.
Я вздрогнула. Он что, мысли мои подслушивает? Ну, это уже через чур. Одно дело назваться моим родственником, а другое в голову залезать.
- Что именно? – На всякий случай переспросила я и даже повернула было голову, чтобы заглянуть янтарные глаза с изумрудными крапинками в радужке, но не смогла.
Эльф вперил напряженный взгляд в приближающийся отряд.
- Сдается мне это драконианцы, - пояснил он, будто понятие «драконианцы» было для иномирянки не пустым словом. – Только что они тут делают?
- Кто-кто? – Переспросила я, но пояснения предоставил лорд Тиррэль, залегший в снег по соседству.
- Дра-ко-ни-ан-цы. – Отчетливо, по слогам проартикулировал он, будто я еще и плохо слышу. Впрочем, тут же сошел для дальнейших объяснений. – Иначе их называют рептилойдами. Это раса такая. Говорят, будто ведут свой род от драконов. К тому же драконам они и поклоняются. От того на левой стороне груди у них всегда эмблема в виде золотого дракона с их точки зрения сотворившего весь мир, а наша планета ни что иное как яйцо этого самого дракона. Странные ребята. Дураку явно, что для сотворения яйца нужна пара драконов, а не один.
- Действительно, странное представление о мире. – Не смогла не согласиться я. – Жить на яйце! Это же надо придумать. А как же сеют, погреба и колодца роют? Скорлупа же хрупкая, давно треснула бы.
- Так это яйцо не несушка снесла. – Терпеливо пояснил темный эльф. – Дракон. Он существо магическое и все предусмотрел.
Я была с ним не согласна. Так как по моему мнению яйцо – это яйцо. Штука это хрупкая, разбивается на раз, если не брать во внимание сказку про курочку Рябу, где разбить яйцо сначала было проблемой, а потом все расстроились, когда мышка проблему решила. С другой стороны искать логику в чьей-то религии занятие не благодарное. Да и что мне за дело до чужих верований? Со своими проблемами разобраться бы.
- Лорд Тиррэль как обычно открыл рот, а толком ничего пояснить не может. – Тут же вклинился лорд Эллэн, который принципиально старался во всех вопросах держаться противоположного мнения, чем темный, демонстративно подчеркивая, что светлым с темными не по пути. – Странно не то, что они поклоняются драконам. В конце концов любая раса имеет право на любое вероисповедание, если они, конечно, не нежить на завоевание мира подбивают. А что? Бывали случаи. Вопрос что они вообще в этих горах забыли? Здесь драконов нет с тех пор как вулкан остыл. А драконианцы вечные спутники драконов. Если огнедышащим что-нибудь надо, иногда проще послать кого-то размерами поскромнее.
- Иначе говоря, где драконианцы там драконы? – Выцепила я основную мысль.
- Да. Так и есть. – Согласился светлый эльф.
- Вот и славненько. – Потерла замерзшие руки я. – Значит, старая драконица никакой не миф и мы в правильном направлении движемся, товарищи.
«Я бы на твоем месте так не радовался» - Поспешил влить в обуявший меня оптимизм струю пессимизма Кумивар. – «Драконианцы сами по себе те еще ребята. Я бы сказал – фанатики. У них к драконам могут подходить лишь избранные. Боюсь, нас к избранным они не причислят».
«Ерунда», - отмахнулась я от заявления меча. – «Мы не станем пасовать перед трудностями. Мы тащились в такую даль явно не для того, чтобы быть остановленными кучкой религиозных фанатиков. Да нас даже демоны не остановили! К тому же, если уж зашла речь о достоинстве, то у нас целый рыцарь в наличии. Шустренько откопаем латы и пусть себе к дракону направляется беседу беседовать. Там и о пропавшем городе вопрос задаст».
«Прошу прощения у леди Вероники», - осторожно кашлянул Джастудай. – «Но обычно рыцари не для светской болтовни к драконам приезжают».
«Так ты о подвиге?», - Вспомнила я читанные в детстве книжки. – «Так наш сэр и сам не прочь подвиг совершить. Просто пусть сначала вопрос задаст, нам передаст и бьется с рептилией на здоровье».
«Это ты ловко придумала скормить рыцаря дракону», - презрительно фыркнул Кумивар. – «Конечно, кому охота самому в пасть лезть, когда можно благополучно спихнуть рискованное предприятие на кого-то другого».
Я внутренне поежилась. Действительно, не хорошо как-то получается. Сведения нужны нам, а отдуваться придется рыцарю. И даже если взять с сэра согласие все равно на жертвоприношение похоже. Пока я мучилась с не кстати посетившими угрызениями совести и внутренними диалогами с эльфийскими клинками, драконианцы подошли так близко, чтобы мы смогли их сосчитать и обнаружить, что по нашу душу явилось всего лишь пятеро. Не солидно как-то могли бы и больше послать. Они нас явно недооценивали. Каждый из драконианцев был одет в меховую куртку с плотно завязанным капюшоном, под капюшон поддели плотные шерстяные платки, концы которых закрывали лица так, что в нашу сторону сверкали только желтые глаза рептилий с вертикальными зрачками. Очень злобно у них выходило между прочим. Теплые штаны, добротные сапоги и лыжи вызвали щемящую зависть не только отчаянно дрожащем третьем сыне графа Норыльского. Даже на хвостах было что-то вроде теплого чехла. У всех за спиной виднелся лук и колчан со стрелами. М-да. Похоже, ребята здорово подготовились, в отличие от нас.
Один из драконианцев гордо выехал вперед и толи выругался, толи проклял нас всех скопом, обидно тыкая в нашу сторону лыжной палкой.
- О, не-фтф-фтя!
- Чего? – Толкнула в бок Еринэля я, требуя немедленных разъяснений обижаться мне или еще нет.
Почему именно «брата»? Так он первый распознал в смутных фигурах драконианцев, значит встречался с ними и вполне мог усвоить их наречие хотя бы в общих чкртах. К тому же среброволосый лежал ближе, значит пихать его удобнее.
- Понятия не имею. Я не говорю по дракониански.– Весело откликнулся тот, хотя казалось бы радоваться было не чему.
Холодно, в снегу лежим как белые медведи, которые сначала ждут пока их снегом заметет, а затем, начинают ворочаться, чтобы берлога получилась.
- А разве ты их раньше не встречал? – Уточнила я у среброволосого эльфа.
- Встречал как-то. Но мы говорили на всеобщем, а здесь боюсь без толмача не обойдемся. – Вздохнул он.
- О, не-фтф-фтя-фтя-фтя! - Еще громче возопил тычущий палкой, горное эхо охотно подхватило его вопль, далеко разнесло по округе.
- Он бы поостерегся так вопить. Еще одна лавина нам вовсе не к чему. – Подал голос обычно молчаливый Астураэль.
Слишком долго наследный принц клана Вечного рассвета был левбаем, именовался попросту Бродягой и путешествовал под моим седлом. За это время и вовсе разучиться связной речи можно. Впрочем, может, он по природе своей не особо разговорчив потому и предпочитает помалкивать, дипломатично предоставляя остальным выговориться. Тут он прав. В походе одиннадцать участников, не считая тигров, осла и лошади и без него есть кому воздух сотрясать.
- Да-а-а. Второй раз может не повезти так. – Философски изрек лорд Тиррэль.
- Чего разорался, спрашивается? – Поддержала всеобщее возмущение Лисса. – Если так желает общения, мог бы и толмача прихватить. А то сначала стрелы пускают, а потому еще орут. Может, ругаются, а мы не понимаем.
Мне стало еще больше обидно. Сначала стреляли, потом обругали. Ну и народ эти драконианцы не удивительно, что только с драконами и ладят.
Тем временем до орущего видимо дошло, что он совершенно зря напрягает голосовые связки, он резко рванул платок, которым было скрыто его лицо по самые змеиные глаза, явив нам чешуйчатую физиономию ящеровидного существа. Наверное, такими были бы люди в моём мире, если бы динозавры не вымерли и человечество произошло от них. Чешуйчатая кожа зеленоватой коричневого цвета покрывало лицо драконианцы и, вероятно, лысую голову все ещё надёжно спрятанную под меховым капюшоном куртки. Судя по полному отсутствию ресниц и бровей на лице визитера, волосы у него вообще вряд ли произрастали. Выпуклые глаза яркого почти оранжевого цвета с вертикальными как у змеи зрачками пялились в нашу сторону с откровенной враждебностью. Честно говоря у нас тоже не было особых причин радоваться встрече. Драконианцы две стрелы в нас выпустили и никого не ранили только чудом. Такое поведение налаживанию дружеских отношений не способствует. Ещё у драконианца оказался крутой, выпуклый лоб, плоский нос с ноздрями похожими на щели. Он злобно оскалился, юркой змеей мелькнул в пасти черный раздвоенный язык, и толи прорычал, толи отрывичто пролаял:
- О, невер-рные! Вы явилис-сь к нам чтобы вер-роломно пох-х-хитить наш-ше яйцо! За это с-смер-р-рть вам, безумные с-с-святотатцы!
- Яйцо? - искренне удивилась я и прочла на лицах тех спутников, которых могла рассмотреть лёжа на снегу, да ещё в метель, крайнюю степень недоумения. – Похоже ребята совсем свихнулись на почве яиц.
Слышала я о том, что в некоторых краях куриные яйца в большом дефеците. Кажется, у Джека Лондона был рассказ на эту тему. Но разве стоит грозить смертью незнакомым путникам из-за одного треклятого яйца? Да мы о нем слухом не слыхивали и уж тем более не собирались красть его у агрессивно настроенных драконианцев. Да и что нам потом делать с подобным трофеем? Его даже на омлет на всех не хватит. Если, конечно, оно не страусиное.
"Ну ты даёшь!" - примерзко хихикнул Кумивар. - "Ты и раньше не отличалась особой сообразительностью, но сейчас просто бьеш вс рекорды. Ты действительно сяитаешь будто драконианцы способны таскаться по заснеженным горам, а они, к слову, теплолюбивая раса и предпочитают проживать либо в тропиках, либо на склонах вулканов, чисто для того чтобы поглумиться над случайными путниками, угрожая им смертью?"
"Откуда мне знать как у них принято развлекаться? В моём мире эта раса не встречается." - Обиженно насупилась я, жалея, что не могу просто выбросить надоевшего зубоскала в снег к рыцарским доспехам до кучи.
Судя по всему ящероподобные настроены решительно и дело вполне может дойти до драки, в этом случае пара эльфийских клинков не будет лишней.
"Хорошо", - милостиво словно сделал мне одолжение согласился Кумивар. - "Я сделаю скидку на твое иномерное происхождение и поясню свою мысль. Эти ребята поклоняются драконом, а значит и яйцо, которое они так дружно охраняют невзирая на холод, принадлежит именно дракону. Иначе их вообще здесь не было бы".
Я удивленно замерла в снегу и даже снежинки иногда попадающие за шиворот перестали беспокоить. А ведь все сходится. Мы идем именно драконице. Эти агрессивно настроенные рептилии боготворит именно драконов, а сами драконы, судя по прочитанных мною сказкам, размножаются откладывая яйца. Да и согласно верованиям тех же самых драконианцев, мир – это гигантское яйцо огнедышащей рептилии. Вряд ли рептилойды могли решить, будто мы решили украсть весь мир целиком и для этого притащились в горы, значит, яйцо снесено драконицей, а эти ребята взялись его охранять. Наверное считают, что старуха сама с таким ответственным делом не справится.
" Стоп. Вроде бы драконица слишком стара и именно по этому наотрез отказалась покинуть потухший вулкан вместе с остальными. Разве она могла снести яйцо?"
"Кто знает" - неопределенно протянул клинок. "Драконы живут долго, обособленно и тайн своих предпочитают никому не раскрывать. О них редко что можно сказать наверняка".
"Да." - поддержал своего брата Джастудай. - "Но несмотря на все свои предосторожности, все равно практически вымерли. Наверное, именно по этому они предпочли удалиться на драконий остров от других подальше. Всем известно, что драконы черпают свою магию из золота. Многие безумцы сложили головы пытаясь добраться до несметных богатств, но некоторым это удавалось. Правда, чтобы тратить золота дракона без опаски, сначала надо этого дракона убить. Иначе огнедышащий ящер найдет вора, где бы тот ни был, и спалит".
"Ты так говоришь, будто огромная огнедышащая ящерица просто маленький белый пушистый котёнок, не способный себя защитить" - не удержалась я от возражений. - "Но драконы питаются отнюдь не овсяными хлопьями, а молоко употребляют разве что вместе с коровой. Хочешь сказать скот, которым питаются летающие рептилии, они выращивают самостоятельно? Что-то не встречала я здесь ни горных пастбищ, ни овец или коров, принадлежащих драконице, а между тем даже драконианцы в наличии и к тому же угрожают. А мы, между прочим им ничего дурного не сделали".
" Просто ещё не успели", - нагло вклинился Кумивар. - "Ну да ничего. Еще не вечер, успеете набедокурить".
" В деле убийства дракона нет ни правых, ни виноватых", - глубоко мысленно изрек Джастудай. - "Есть только скорбь целого мира, потерявшего прекрасную часть себя".
В это время на ноги поднялся Астураэль. Презрев опасность получить стрелу с более близкого расстояния, когда лучник наверняка не промажет даже не смотря на все ещё сильный ветер. Прошлые выстрелы лишили меня пряди волос, но наследный принц клана Вечного рассвета в буквальном смысле рисковал своей головой. И тем не менее он стоял, вытянувшись во весь рост и даже приветливо улыбался. Наверное, принцев с рождения учат вести переговоры под пристальными взглядами лучников чисто на всякий случай: мало ли какие отношения сложатся с иностранными державами.
- Я, принц Астураэль приветствую вас от своего имени, а так же от имени своих спутников и заверяю вас в наших благих намерениях. Мы вовсе не собираемся похищать яйцо.
- Тогда зачем вы с-сюда явилис-сь? - подозрительно вопросил драконианец, явно не поверивший ни единому слову храброго принца. – Здес-сь нет и не было ничего, кроме с-скал и с-снега.
- Есть ещё старая драконица. - Спокойно возразил Астураэль. - Мы хотим с ней поговорить.
- Поговор-р-рить? - Изумился рептилойд. - Никто не пр-риходит к др-р-ракону, чтобы прос-с-сто поговор-рить. В дейс-с-ствительнос-сти вы хотите украс-сть яйцо и теперь прос-с-сто пр-ринялись заговар-ривать мне зубы, когда ваше вероломс-с-ство было обнар-ружено. Поэтому мы вас-с убьем.
"Надо же какие кровожадные", - вздохнула про себя я. - " Что им не скажи, все равно хотят нас убить. Разве мы похожи на похитителей драконьих яиц?"
"А почему нет?" - вопросом на вопрос ответил Кумивар.
"Хотя бы потому, что мы сами едва способны передвигаться по глубокому снегу, куда нам ещё и яйцо с собой тащить? Представляю какой у него размер. Нам его просто не унести. Да и на кой ляд нам сдался этот сувенир?"
"Не скажи" - возразил меч. - "Знаешь сколько яйцо дракона стоит на чёрном рынке? Вполне можно не только купить хороший грузовой корабль, но и забить его трюм товаром до отказа. По этому охотников выкрасть хотя бы одно не мало найдётся".
- Вы смеете обвинять наследного принца клана Вечного рассвета во лжи? – Громовым голосом вопросил Астураэль, и эхо его слов далеко разнеслось по горам, а с ближайшего склона с леденящим душу шорохом вниз сошла еще одна лавина, заставив всех присутствующих, включая драконианцев, залечь лицом в снег и молиться, чтобы пронесло.
Только принц остался на ногах: гордый и оскорбленный.
Нам снова невероятным образом повезло – многотонная масса снега прошла в опасной близости от нас и не задела, просто смела жалкие остатки нашего бывшего убежища и уволокла с собой многострадальные рыцарские доспехи, решив раз и на всегда проблему их утилизации. Теперь эти железяки не отроет даже экскаватор. Полный трагизма вздох сэра Толеснала подтвердил очевидное: фамильное железо утрачено безвозвратно. Зато само схождение снега выглядело эффектно и своевременно будто немедленная кара усомнившемся в правдивости слов перворожденного.
- Клянус-с-сь пер-р-рвым яйцом, появившимс-с-ся у пер-рвой драконицы, - торжественно возвестил драконианец, эффектно восставая из снега как один из прославленных в сказке про царя Салтана тридцати трех богатырей, что являются из пены морской на берег. Другие рептилойды тоже поднялись на ноги. – Я вовс-с-се не с-с-собирался ос-скор-рблять ос-собу царс-ских кр-ровей, прос-сто с-с-сомневаюсь, что вы именно тот за кого с-себя выдаете. Р-разве принцам прис-стало лазать по гор-рам в с-с-сомнительной компании. К тому же у нас-с имеетс-ся с-сигнал.
- От другой цивилизации? – Восторженно ахнула я, но подниматься пока не спешила.
Мало ли что. Два раза лавина прошла мимо, третий раз уж точно не переживем, а так хотелось хоть в этом мире с инопланетянами пообщаться. Будет о чем мемуары написать. Ну, или книжку фантастическую, чтобы в психушку с такой фантазией не забрали.
- Нет, отчего же. От тутошней. – Охладил мой пыл драконианец. – С-с-сказали, что придете за яйцом и где вас-с-с ис-скать любезно с-с-сообщили. И ведь не с-солгали.
- Интересно, кто это такой ясновидящий, что исхитрился не только предугадать, что мы здесь окажемся, но и этих поклонников драконов на нас натравить. – Зашептал на ухо Еринэль. – Чует мое сердце, без верховного мага клана не обошлось.
- Как так? – Опешила я. – Так драконианцы нас всех убить хотят без какой-либо сортировки на эльфов и не эльфов. Неужели этот маг и от тебя решил избавиться?
- А зачем им безумец? – Вопросом на вопрос ответил «брат» и прежде, чем я нашлась с ответом поднялся на ноги.
- Вы правы. – Неожиданно огорошил он рептилойдов.– Мы хотим не только вопрос дракону задать. С нами рыцарь. Он желает сразить дракона в честном поединке во славу своей прекрасной дамы. Право поединка рыцаря с драконом священно, вы не только не можете нам отказать, но и просто обязаны доставить к логову.
«Молодец!», - восхитился находчивостью Еринэля Кумивар. – «Это он здорово вывернулся. Право поединка рыцаря с драконом для племени драконианцев священно. Теперь убить нас не имеют права. По крайней мере пока наш сэр Толесал не проиграет».
Это «пока» меня как-то насторожило. Интересно, что значит это самое «пока». Очень уж оно категорично прозвучало, словно эльфийский клинок уверен в поражении нашего бравого рыцаря. К тому же мне стало немного обидно. Почему, когда я предлагала выставить сэра Толеснала против дракона, меня застыдили, а стоило предложить это же Еринэлю, так он сразу весь такой молодец получился.
Смелое заявление так подействовало на драконианцев, что они чуть не полопались от удивления. Ребята явно не ожидали такого знания своих обычаев.
- Что ж. Раз вы сопровождаете рыцаря, предъявите нам его. – Зло выплюнул драконианец.
Сэр Толеснал гордо, как и подобает особам рыцарского звания, поднялся на ноги на обозрение собравшимся. Он попытался было элегантным жестом откинуть свой плащ, но не сумел. Во-первых, потому, что еще не настолько отогрелся, чтобы руки его слушались. Во-вторых, никакого плаща у него в помине не было, а была пара одеял, натянутая поверх разнокалиберной одежды. Иными словами наш рыцарь на убийцу драконов был похож еще меньше, чем его худосочный конь на призера скачек.
Драконианец некоторое время изучал возжаждавшего подвигов явного самоубийцу, который не догадался прихватить с собой для попытки усекновения огнедышащей рептилии хотя бы копье не говоря уж о приличных рыцарских доспехах. Мы тоже еще раз взглянули на рыцаря и поняли, что дело наше совсем пропащее. Старая драконица при встрече с таким оборванцем может умереть сугубо по естественным причинам. Либо ее сердце не выдержит нанесенной ей обиды, либо ее завалит камнями в собственном логове, когда при появлении третьего сына графа Норыльского, рептилия начнет хохотать. Оба варианта слишком неправдоподобны, чтобы сработать. Но делать не чего. Другого рыцаря у нас нет.
- С-стр-р-ранный какой-то у вас р-рыцарь. – Перестав наконец изображать ледяную скульптуру заметил драконианец. – На нищего попр-р-рошайку похож.
- Кто попрошайка? Я попрошайка? – Возмутился сэр Толеснал и даже умудрился слегка порозоветь от досады, что его, победителя драконов, грифонов и гиппогрифов, гонителя гулий, гиан, добытчика фэнхуана и обладателя хайжэнь спутали с каким-то неимущим, праздно шатающимся по горам в желании стащить чье-то там яйцо. – Я, между прочим, рыцарь и принадлежу к знаменитому роду Норыльских. Мой род овеял себя славой во многих битвах и берет начало от самого… - тут отпрыск прославленного рода смущенно замялся, покусал немного губы, но толи имя основателя было вколочено в его голову учителями не очень крепко и потому некстати улетучилось, толи он попросту его не знал. – Ах, какого славного человека! – Нашелся, наконец он и многозначительно потыкал пальцем в небо.
Отчего складывалось впечатление, будто знаменитым родоначальником был либо инопланетянин, либо какие-то сверхъестественные силы, проживающие где-то на небосклоне и пожелавшие остаться инкогнито. Впрочем, воспылавший праведным гневом рыцарь рептилойда не впечатлил. Понятное дело, когда ты постоянно имеешь дело с драконом, те, кто хоть чуть-чуть меньше слона, как-то не внушают особого трепета.
- Он у нас действительно потомок древнего рода. – Подтвердила я, поднимаясь на ноги.
Устала что-то лежать все время в снегу да и откровенно холодно. Позади меня рыкнул Тиграш, явно намекая, что усомнившемуся в правдивости моих слов придется иметь дело с боевым котом, которому глубоко плевать на то кому драконианцы поклоняются.
- Да? – Зачем-то уточнил рептилойд, будто действительно рассчитывал пробудить во мне муки совести, испытав которые я тут же стану каяться во лжи. – Это самый стр-ранный р-р-рыцарь из всех, что мне доводилос-сь видеть. У него даже доспехов нет.
При упоминании трагически утраченной в снегу фамильной реликвии сэр Толеснал горестно всхлипнул, но мужественно сдержал душившие его слезы запоздалого сожаления.
- Он возложил на себя обет. – Торжественно возвестила я и поразилась своей находчивости.
- Да? – Искренне удивился, давший обет рыцарь, чем испортил мне всю малину и я пожалела, что в горах нет стола под которым можно его (Толеснала) пнуть. – Какой?
- Обет бедности пока не сразит дракона, посвятив этот подвиг даме своего сердца прекрасной Брунхильде Светлоокой. – Закончила я свою бестактно прерванную рыцарем мысль и даже ткнула в сторону Толеснала пальцем, чтобы окружающие точно знали кто тут из нас такой герой, что решил не дракона с голыми руками отправиться.
В этот момент как по мановению волшебной палочки ветер стих, буря улеглась и где-то за спиной мужественного воителя с драконами воссияло яркое солнце, подсветив русые волосы неким ореолом святости. Думаю без Лиссы здесь не обошлось. Бурю, конечно, она унять она не могла, иначе сделала бы это раньше, а вот своевременно добавить парочку спецэффектов – запросто.
«Молодец», - восхитился моим заявлением Кумивар. – «Вот теперь беру свои слова обратно. Можешь ты соображать. Только пользуешься этим даром редко».
Интересно он похвалил или оскорбить хотел? С ним никогда не поймешь. Наверное, стоит обидеться на всякий случай, но потом…
- Что з-за бр-ред? – Изумился драконианец. – Щуплый он у вас-с с-с-с др-раконом вот так битьс-с-ся. Да еще и без ор-ружия. Впр-р-рочем, дело ваше. Только боюс-с-сь как бы у драконицы изжоги от такого р-р-рыцаря не пр-риключилос-сь. Но тр-радиция, значит, тр-р-радиция. Дос-ставим вас-с-с к логову в лучш-шем виде.
«Главное, чтобы не связанными», - вздохнула про себя я.
«Думаешь убегать будет сложнее?», - хмыкнул Кумивар.
Я не стала поддаваться на провокацию меча, хотя сбежать хорошая мысль и даже героям подобное прощают, именуя сей маневр «тактическим отступлением». Но сдается мне, что покинуть драконианцев без их ведома будет не так-то легко. По глубокому снегу без лыж далеко не уйдем. А жаль.

URL
   

Дневник Татьяны Андриановой

главная